Одна из крупнейших Hi-Fi, High End компаний в СНГ
146,70
рейтинг
2 июля 2015 в 13:16

Бас словами музыканта



На очереди – еще один транскрипт нашего подкаста «Звук». В пятом выпуске (3.02.2014) мы решили открыть серию бесед с экспертами из мира музыки, поэтому Тимофей Шиколенков взял интервью у Даниела Добоша, играющего на ударных в молодой музыкальной группе ВСВ, на тему баса. Интервью вышло очень живым, и нам удалось в очередной раз разоблачить парочку мифов, сформулировать ряд практических советов и выводов.

[Прослушать этот выпуск]

[Подробнее о подкасте]

Другие выпуски подкаста





Тимофей: Основная тема, о которой говорят и по которой сравнивают [аудио] аппаратуру – это бас. Эта тема в России чуть ли не основополагающая. Когда спрашивают про аппаратуру, отвечают, что она должна «долбить нормально».

Выясняется, что люди под басом понимают совершенно разные вещи. На твой взгляд, взгляд человека, который играет на ударных: что такое бас, как ты его себе представляешь? Как ты его слушаешь, например, дома? Насколько этот [домашний] бас походит на то, что ты слышишь, когда играешь на своем музыкальном инструменте? Что ты на эту тему можешь рассказать интересного?

Даниел: Для начала, мне кажется, что эта история про супер-мощный ударный бас касается не только России, но и Америки, где люди просто любят тусоваться. Собраться и так хорошенечко «вмочить», чтоб слышно было всем соседям, друзьям, кому-то через улицу, и около машины все собрались бы, начали жарить барбекю и т.д. Ну как обычно это бывает. Главное, чтобы было громко и било по голове.

Для меня бас – это, в первую очередь, бас-гитара. Это не самая мощная подача, не сам панч, который люди пытаются получить от своих стереосистем, ставя гигантские сабвуферы, покупая гигантские колонки. Для меня важна мелодическая составляющая: в первую очередь, ее должно быть нормально слышно. Чтобы не просто бас «бубнил», и был сплошной «ватный» удар, пускай не «ватный», но мощный, за которым ничего не слышно. Главное, чтобы ноты читались, и было интересно следить за мелодией, которую исполняет бас.

Неважно, электронная это музыка или классическая, или рок-музыка. Это инструмент, на нем играет человек, и он что-то пытается донести. Есть бочка, она называется «бас-бочка». Она не играет роль баса, она бьет пульсацию, это как раз и есть панч-удар. А все остальное – это дело гитариста, бас-гитариста, контрабасиста. Для меня главное, чтобы он [бас] был слышен и не сильно выпирал. Так «любят» делать во многих наушниках, во многих дешевых акустических системах – бас прямо прет, но он «ватный».

Тимофей: Вообще у меня сложилось ощущение, что когда слушаешь какие-то совсем дешевые системы, удара бас-бочки вообще нет, его не слышно.

Даниел: Он, вроде как, есть, но он весь какой-то «в кашу». Чистого, конечного, нет. Но что-то есть, и человек думает, что это бас. Он что-то слышит «на низах», и думает, что это бас.

Тимофей: «Низкие частоты» – у разных людей совершенно различное видение этого понятия. Когда они на своей дешевой аппаратуре добавляют низких частот, они на самом деле не добавляют бас, верно?

Даниел: По большому счету, да. Получается перегруз в системе и еще бОльшая «каша».

Тимофей: Бас ведь от этого не появляется?

Даниел: Появляется, но какой-то немузыкальный: не тот, который должен был бы появиться.

Тимофей: То есть получается, что есть такие системы, которые бас не могут воспроизвести в принципе. Я, кстати, впервые по-настоящему услышал бас-бочку в записи, когда первый раз оказался в Аудиомании несколько лет назад, еще не работал, и мне включили какую-то демонстрационную запись – тогда я понял, что такое бас. Я его не просто услышал, я его еще и ощутил.

Получается, чтобы воспроизвести настоящий бас, нужны какие-то очень большие колонки? Есть такой миф, может быть, мы его подтвердим или опровергнем: если в колонке динамик меньше 15 дюймов, то настоящий бас он воспроизвести не в состоянии. Как у тебя по ощущениям? Насколько сильно отличается то, что ты играешь в группе, от того, что ты слушаешь, например, на Hi-Fi аппаратуре?

Даниел: Мне кажется, чтобы записать настоящий бас, наверное, действительно нужны большие динамики. Разные: и 10, 15 и 20 дюймов. Потому что бас бывает разный: и среднечастотный, и супернизкочастотный. И какой-нибудь гигантский динамик можно поставить, чтобы супернизы записать.

Это профессиональные акустические системы для записи, с помощью которых звукорежиссер вырезает все паразитные частоты, делает нормальный микс. И они неплохо играют, мне кажется, и на 10-дюймовый динамиках и бас отыгрывают. Все зависит от громкости, от давления, которое динамик создает.

Понятное дело, что от одного 10-дюймового динамика мы не получим супермощного давления, которое озвучит площадь в 40 квадратов. При этом на среднем или на тихом звуке получится отличный бас, который будет слышно. Даже будет ощущение, что в груди что-то бьет.

Возьмем те же самые маленькие наушники, там динамик совсем маленький, но при этом там бывает и очень низкий бас, и его тоже хорошо слышно. Поэтому, я думаю, все зависит от звукового давления, которое нужно получить в итоге. Если человек хочет получить ударную волну, которой можно сломать стену или разбудить соседа с утра, пускай покупает 15-20-дюймовые динамики, усилители на киловатты звука. Счетчик у него будет крутиться просто с бешеной скоростью. При этом нужно будет что-то и с высокими [частотами] делать, и с серединой. Это тоже сложный момент.

Домашние системы, которые я видел, отлично отыгрывают, даже маленькие колонки. Я был удивлен – пускай будет реклама, но [взять] те же самые Arslab или Penaudio: я был [ими] шокирован, и MC тоже. Маленькие колонки выдают достаточно приличный бас. Понятное дело, не на самой большой громкости.


Полочная акустика Arslab Emotion 1 SE компактна и предназначена для небольших помещений – инженеры поработали над тем, чтобы бас в ней действительно «звучал»

Тимофей: Можно сделать вывод, что если нам не нужно воспроизводить особо низкий бас с очень высокой громкостью, то нам дома совершенно не нужны огромные колонки. Если мы просто хотим с комфортом слушать любимую музыку, в которой, естественно, есть басовая составляющая, являющаяся элементом драйва, получения эмоций, то мы не говорим о том, что нужны огромные колонки с огромными динамиками.

Даниел: Конечно, не нужны. Если не хватает ощущения исполинского баса, можно купить сабвуфер небольшого размера. И даже спрятать его удобно, чтобы его не было видно, и найти удобное расположение, чтобы он звучал отличным образом. Колонки могут стоять достаточно близко к слушателю и быть спрятаны где-то в комнате, сабвуфер тоже можно установить где-то незаметно. Но это если не хватает [басов], а у нас, как я понимаю, их многим не хватает.

Тимофей: Может, просто кажется, что не хватает. Может быть, на самом деле всего достаточно. Просто остается традиционное желание добавить низких частот, чтобы казалось, что звук лучше, или что басы передаются более эффектно.

Даниел: Да, нет. Все хотят получить просто физическое ощущение приятной вибрации по телу. Я думаю, она очень хорошо расслабляет человека. На слух разница, конечно, есть, но небольшая.

Тимофей: Получается, что мы говорим не только о восприятии самого звука, но и о целом спектре других ощущений, без которых нет полноценного прослушивания.

Даниел: Получается, что да.

Тимофей: Грубо говоря, мы можем взять пару небольших колонок, поставить их на стойки, спрятать или удачно расположить сабвуфер в нашей квартире, которая, как правило, имеет большое количество мебели. И тогда, несмотря на то, что у нас не огромные колонки с огромными динамиками, мы получим ощущения, которые можно сравнить с ощущениями от прослушивания живого концерта, живого баса. Можно так пытаться сравнить, или это некорректно?

Даниел: Можно, но концерты тоже разные бывают. Если взять гигантскую площадку, там о качестве звука речи не идет. Там главное, чтобы все было слышно, главное передать энергетику на большой стадион. Такой бас получить дома, наверное, невозможно.

Тимофей: А нужно?

Даниел: И не нужно. Один раз я был на концерте электронной музыки, по-моему, это была Пичез [Peaches], я такого никогда не слышал. Не знаю, опять реклама или нет, там стояли профессиональные акустические системы Funktion-One. Они выдавали настолько мощный звук! Он был достаточно чистый и хороший, но он был настолько мощный, что все мое тело вибрировало, а рубашка ходила ходуном. Звук был неплохой, но это был перебор и хотелось куда-то отойти. Многим людям нравится что-то подобное, и они хотят дома такое же устроить.

Тимофей: А если тише просто сделать? Или тогда потеряется эффект?

Даниел: Наверное, потерялся бы. Так получается прямо расколбас, люди сходят с ума и начинают танцевать, исполнять безумные вещи.

Тимофей: Это от громкости? Или это какие-то другие ощущения?

Даниел: Я думаю, это и громкость, и тактильные ощущения.

Тимофей: То есть все сразу, все в комплексе. Мы только что выяснили, что, в принципе, дома можно получить тот же самый эффект благодаря небольшим системам.

Даниел: Да, и дома все-таки хочется именно слушать музыку, а не прыгать до потолка, бегать, толкаться и танцевать. Хочется очень глубоко прослушать композицию, все инструменты, и насладиться музыкой, а не получить просто волну ударную.

Тимофей: А если хочется получить ударную волну?

Даниел: Это можно всегда, но для этого нужны более крупные размеры. Необязательно 15 дюймов, это, правда, много.

Тимофей: Ок. Мы пришли к тому, что дома, в общем и целом, необязательно иметь что-то огромное, ибо задачи прослушивания музыки дома немного отличаются.

Даниел: Да.

Тимофей: Мы хотим комфортного прослушивания, а если мы собираем какую-то тусовку, то решаем те же самые задачи, имея сабвуфер или пару не очень маленьких акустических систем. И мы слышим настоящий бас, если система умеет его воспроизводить. Если это действительно качественная система, то мы все это слышим, и для этого не нужны огромные колонки.

Даниел: Я думаю, да. Ну и самое главное, гораздо приятнее слушать бас, нежели получать простой пинок. Приятнее наслаждаться музыкой, нежели отбойным молотком.

Тимофей: Вопрос соседей, наверное, тоже возникает.

Даниел: Да, конечно. Плюс еще ко всему прочему, звукорежиссеры готовят записи к воспроизведению именно в домашних условиях, и линия баса тоже подготовлена именно к домашним акустическим системам. Они уже не требуют такого воспроизведения, как в студиях при записи.

Тимофей: Не знаю, насколько корректный вопрос, твое мнение, где находится грань ценообразования? Где начинаются акустические системы, которые могут воспроизводить настоящий бас, и где кончаются те, которые еще не могут? Дай примерный совет слушателям, которые хотят получить дома «тот самый настоящий бас».

Понятно, что все колонки выглядят одинаково: это какой-то ящик, из которого что-то доносится, но они все стоят по-разному. К сожалению, как мы уже говорили в прошлых выпусках, найти какие-то универстальные характеристики, которые могли бы обосновать тот или иной выбор невозможно. Даже если бы они и публиковались, они были бы непонятны.

Поэтому те характеристики, которые публикуются – частотные диапазоны, как правило, все одинаковые, мощность практически ни о чем не говорит, потому что она может измеряться по-разному. Мы можем, например, мощно воспроизводить звук невысокого качества: грубо говоря, характеристик качества в технических характеристиках в интернет-магазинах мы не увидим, мы их не осознаем.

Косвенная характеристика – это цена. Мы можем прикинуть, что есть акустические системы за какую-то определенную цену, которые могут что-то воспроизвести более-менее похоже. Поэтому такой вопрос: где та грань цены, ниже которой в колонках искать бас бесполезно?

Даниел: По моим ощущениям, для полочников [эта грань] от 20 тысяч начинается. Конечно, чем выше, тем лучше, но средняя цена, наверное, 50 [тысяч – на этом уровне] будет все уже хорошо звучать. Но дешевле 20 тысяч, мне кажется, сложно будет что-то найти. Возможно, есть за 20 тысяч какие-то экземпляры, но это надо слушать.

Все на свете не переслушаешь и по всему миру не объедешь, не наслушаешься даже на выставках. Есть и чуть дешевле, но тут уже компромиссы идут. Либо компромисс в материалах, либо в устройстве самой акустической системы. Даже за 20 тысяч все равно компромисс в материалах отделки уже есть. Потому что если [за эти деньги] начинка напичкана отличная, колонки звучат здорово, то о супер редком шпоне речи уже не идет. Будет классическая отделка, но ничего страшного. Зато они будут качественно играть.

Тимофей: Грубо говоря, человек может для себя выбрать, что ему более важно: качественный звук или качественный внешний вид.

Даниел: Да, наверное, здесь начинается уже такая дилемма: нужно либо в интерьер вписать, чтобы жена была рада, либо слушать музыку и получать от музыки удовольствие. Дальше, понятно, что чем дороже акустика, тем интереснее исполнение, но сложностей все равно много. Это уже от фирмы-производителя зависит, у кого какая политика именно звуковоспроизведения.


Еще один пример плолчной акустики для небольших пространств (то есть, например, для квартиры относительно небольших размеров) – Penaudio Rebel. И в этом случае разработчики также уделили особое внимание басу

Тимофей: Есть провокационный вопрос. Мы, в общем-то, обсудили его, но хочется от тебя как от профессионального музыканта услышать совет, насколько профессиональная акустическая система уместна дома? В той или иной степени профессиональная. Это может быть клубная акустика или акустика для студии, в которой работают звукорежиссеры.

Даниел: Я думаю, особо не уместна, если только вы не начинающий звукорежиссер или хотите дома делать электронную музыку. Пожалуйста, тогда можно купить мониторные колонки. Что касается клубного звуковоспроизведения, большие эти «гробы» дома нисколько не интересны и абсолютно бесполезны, потому что это какую надо иметь большую квартиру или дом?

Тимофей: А в маленькой квартире что с ними будет?

Даниел: Да ничего. Они будут стоять, и музыку будут слушать, скорее, соседи, а не вы. Весь удар пойдет за стенку, вниз, наверх, там соседи уже, наверное, будут получать полную гамму удовольствия от воспроизведения музыки.

Тимофей: А если тише сделать?

Даниел: Тогда они не дадут достаточного удара, на который рассчитаны. Профессиональная техника тоже имеет минимальную громкость воспроизведения и максимальную. Есть диапазон, в котором они работают как нужно, воспроизводят и звуки хорошо, и по балансу все здорово. Ниже уже будут завалы на высокие частоты, громче – на низкие.

Но, все-таки, они рассчитаны на большое расстояние, а не на то, чтобы слушать прямо рядом с ухом. Метров на 5-10 они рассчитаны, некоторые на 3 метра. Разные колонки – на разные расстояния.

Тимофей: Желание получить настоящий бас дома никаким образом не решается покупкой профессиональной акустики, большой, сценической, клубной.

Даниел: Я думаю, нет. Чтобы послушать настоящий бас, мне кажется, нужно сходить в консерваторию и насладиться настоящей музыкой с отличной акустикой.

Тимофей: Как-то странно слышать совет «сходить в консерваторию» от человека, который играет тяжелую музыку.

Даниел: А почему нет? Музыка – это единый организм, единое существо, просто воплощенное в разных жанрах и по-разному сыгранное. Но основа-то одна. И звуки, в принципе, имеют одинаковую основу. Просто где-то они электрические, электронно обработанные, где-то они аналоговые полностью. Но, чтобы понять, что такое бас, нужно сначала послушать рояль в хорошей акустике. На самых низких частотах там происходят настоящие вибрации, очень мощные.

Тимофей: Но я тебя перебил по поводу мониторных систем дома. Казалось бы, это то же самое. Чем плох мониторный звук для обывателя?

Даниел: На самом деле, он не очень-то и приятный. Если люди хотят получать удовольствие от музыки, а не слышать все, что там происходит.

Тимофей: А что плохого, если мы будем слышать все? Есть опять же миф или не миф: люди говорят, что они хотят слышать настоящий, реальный, правдивый звук. На этом и основано желание приобрести профессиональное оборудование, мониторную акустику.

Даниел: Дело в том, что, купив профессиональные мониторные акустические системы, человек будет слушать дома, наверное, записи, приготовленные для домашней системы. Соответственно, что-то [в звуке] полезет немного другое.

Мониторы служат рабочим инструментом для звукорежиссера, чтобы работать с материалом, чтобы вырезать ненужные куски, какие-то частоты убирать. Именно чтобы звукорежиссеру все было слышно в материале, с которым он работает, а не чтобы слушать конечный результат, который будет звучать хорошо потому, что он потом все равно будет его дорабатывать и подготавливать к носителям.

К винилу будет один мастеринг, к сети – другой. Это уже другая история. Даже конечный результат на профессиональных мониторах звучит немного по-другому, нежели на акустических системах. Все равно все готовится именно к домашним акустическим системам.

Тимофей: Проблема в материале. Если бы смогли добыть исходник какой-то записи, он бы лучше звучал на мониторах, чем на домашней системе?

Даниел: Он не лучше бы звучал, он просто звучал бы более качественно. Было бы слышно больше деталей, как хороших, так и паразитных звуков. Вот и все. Это просто очень тонкий инструмент. Зачем резать сыр медицинским скальпелем?

Тимофей: Хорошее сравнение. Мне нравится.

Даниел: Это же бесполезно. Это долго, муторно…

Тимофей: Зато очень точно.

Даниел: Очень точно, зато вообще не быстро и неудобно. И наоборот, делать операции кухонным ножом тоже как-то нехорошо. Так же и здесь. Это очень тонкий инструмент, но он для работы.

Тимофей: Можем посоветовать нашим слушателям, которые хотят узнать, что такое настоящий бас, сходить на настоящий концерт?

Даниел: Да, я думаю, да. Послушать настоящие акустические инструменты, чтобы понять, что бас – это не только удар, но и настоящий звук, настоящая мелодия, в первую очередь.

После этого меняется сознание у людей. У меня поменялось, и у многих людей, я думаю, после того, как они услышали что-то настоящее. Органная музыка тоже очень здорово в этом плане помогает, там тоже очень много низких частот. Просто перестаешь мыслить о басе как о чем-то простом, ударном, мощном, как любят у нас в машинах делать часто.

Начинаешь думать больше о музыке, об её исполнении, потому что даже этот удар какой-то динамик и может сделать на определенной частоте, но отыграть весть спектр басовой частоты он не может. Вот это проблемы всех дешевых акустических систем. Они воспроизводят только удар и звук на определенной частоте. Она [частота] очень небольшая, динамики могут быль небольшие, корпусы плохо подготовлены, поэтому пропадает гармония, пропадает музыка, остается только удар.

Тимофей: Мы слышим, что ударник там есть, но как музыкальный инструмент мы его не слышим.

Даниел: Да, поэтому люди часто говорят, что не слышат бас-гитариста в песнях. Потому что часто он играет в ритм с бочкой и кажется, что на самом деле бочка только звучит. Многих партий просто не слышно. После того, как я услышал высококачественные акустические системы, я был поражен, насколько интересно многие музыканты играют. Раньше я этого даже не слышал.

Тимофей: Запись послушал, да?

Даниел: Да. Очень много интересного открывается.

Тимофей: То есть музыка открывается совершенно по-другому?

Даниел: Да.

Тимофей: Если подытожить, совет такой: сначала сходите на концерт, а потом приходите в магазин, в шоурум и послушайте, как это может звучать на акустических системах. После чего, я вынужден предупредить, кому-то, возможно, придется выбросить то, что у него дома стоит.

Даниел: К сожалению, да. Здесь не хочется никого обидеть, но с этим сталкиваются все, когда понимают, что надо прощаться со своими старыми друзьями, если что-то качественно нужно менять. Ничего с этим уже не поделаешь.

Тимофей: Короче, мы вас предупреждали.

Даниел: Да. К сожалению, хорошее стоить дешево не может. Очень редко [так бывает: например], когда кото-то просто тебе подарил или повезло. Про концерты: я думаю, нужно сходить не на большой стадионный концерт, послушать музыку там и требовать такого звука дома, а именно на концерт с хорошим акустическим оформлением зала.

Тимофей: Туда, где помещение предназначено именно для концертов.

Даниел: Да.

Тимофей: Хорошо. А что ты скажешь про клубы, например, джаз-клубы, тоже вроде небольшие? Насколько они предназначены для этого, насколько их можно брать в качестве эталона?

Даниел: Я думаю, джаз отлично туда вписывается. Эта музыка рождалась и появилась в таких клубах, поэтому она и звучит так, как нужно. В плане звуков она достаточно спокойная и тихая. Даже тарелки звучат по-особенному, не как роковые тарелки, которые оглушают. Эти играют достаточно музыкально.

Все от корней зависит, от того, что изначально играли в таких помещениях, не предназначенных для музыки. Ну и контрабас не может играть очень громко. Он играет достаточно тихо, поэтому, чтобы его было слышно, всем музыкантам приходится играть тоже не очень громко, чтобы образовался баланс.

Тимофей: В таком случае пожелаем всем баланса, правильного звучания. Но правильного – не мониторного, а правильного такого, от которого можно будет получить удовольствие, поднять настроение, получить новые эмоции от прослушивания, может быть, даже привычной музыки.

Даниел: Если мурашки по коже пошли, то вы попали в цель, и удовольствие на 100 процентов получаете от музыки и её прослушивания. У меня было так не раз, и я удивлялся.
Автор: @Audioman
Аудиомания
рейтинг 146,70
Одна из крупнейших Hi-Fi, High End компаний в СНГ

Комментарии (1)

  • 0
    Да, все верно. Первый признак плохой акустики или усилителей — это разная громкость разных басовых нот. К примеру, в начале какой-нибудь песни есть легкие удары по хэту и партия баса, и на одних нотах вроде бы слышно давление и бас, а через пару секунд меняется нота и все давление исчезает.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Самое читаемое