1 мая в 22:10

«Ген Химеры». Глава 1

Всем привет! Это первая глава моей книги об альтернативном и немного мрачном будущем человечества. Буду рада отзывам и конструктивной критике. Приятного чтения:)



Ойтуш слышал, как шумит море. Волны неспешно накатывали на берег, поглощая гальку. Море было не отличить от неба, как ни смотри вдаль, туда, где должна быть линия горизонта. Невозможно было понять: вечер сейчас или утро, ведь в этом месте — об этом парень знал точно — не бывает ни приливов ни отливов.

Рядом с ним была молодая девушка. Ее фиолетовые волосы развевались на ветру, как флаг, и лица было не разглядеть. Зато заметить, что она ждет ребенка, было совсем не сложно.
Кровь запульсировала в виске — пора просыпаться.

Больше всего на свете Ойтуш хотел сейчас остаться в своем сне. Там, где низкие темно-синие облака, наполненные дождем; они вовсе не угнетают, а напротив, успокаивают. Где шелестит галька, съедаемая серыми волнами, а соленый воздух хочется вдыхать полной грудью. Там, где им с Сати больше не нужно убегать и прятаться.

Пульсация перерастает в надоедливую боль — прошло ровно семь часов, отведенных Ойтушу на сон. Мозговой таймер невозможно перепрограммировать.

Сновидение отступает, и на смену свежести моря приходит затхлость химического склада. Кто-то другой, возможно, побрезгует входить сюда без защитного костюма, но для Ойтуша это дом. Снятый за небольшую плату отсек заброшенного склада химических веществ, над которым пролегает ветка метро. Грязно, сыро, с потолка капает, зато нет камер видеонаблюдения. Идеальное место для тех, кто скрывается от протектория.

Снова разряд боли, на этот раз уже сильнее. Выпростав руку из под одеяла, Ойтуш находит висок и десять раз постукивает по нему пальцем, мысленно считая в обратном порядке. Только так можно отключить эту дрянь в мозгу: убедить, что ты действительно проснулся, готов к подсчетам и простой моторике.

«Доброе утро, Ойтуш Эвери», — сообщает негромкий голос в его голове.

— Да уж, доброе — не то слово, — отвечает Ойтуш, зная, что его все равно никто не услышит.
«Сегодня четверг 2 апреля 2209 года. В Метрополе ожидается пасмурная погода, осадки в виде снега и дождя. Однако служба метеоконтроля обещает, что разгонит тучи к полудню...»

Чип, что вживляется всем гражданам старше шестнадцати, умеет не только по-садистски будить, но и сообщать последние новости. К сожалению, их, в отличие от таймера, отключить нельзя.

Сати как всегда ушла раньше, оставив после себя смятую подушку, а на столе — остатки вчерашнего ужина. Ойтуш задавался вопросом: сколько еще она будет подкармливать его? Таскать еду, что дают в ее школьной столовой? Рано или поздно кто-нибудь из интуитов заметит, что маленькая хрупкая девочка берет больше еды, чем все остальные. Тогда им не избежать проблем.

Сати. Та самая девушка из сна Ойтуша… вот только сейчас ей всего пятнадцать. Они принадлежат к разным социальным классам, и по реалиям нашего времени, им запрещено быть вместе. Она — Первый, элитный класс, на который общество возлагает большие надежды, а он — Второй, рабочий класс, обладающий гораздо меньшими правами и возможностями. Да, через год их классы сравняются, но сегодня Ойтуша могут расстрелять даже за то, что он просто держит ее за руку.

«Температура вашего тела составляет 38 градусов Цельсия. Самочувствие оценивается как 4 из 10. Рекомендуется срочно пройти обследование на дот-вирус», — продолжало вещать «радио».
Дрожащими руками Ойтуш наливает воду в стакан. Мутная, с желтоватыми хлопьями, но другой здесь не достать. Пытается сделать глоток, но ком в горле не позволяет, и парень заходится сиплым кашлем. Слезы брызгают из его глаз, на лбу выступают бисеринки пота.

Ломка, похожая на героиновую, слишком яркие сны — пора было признаться самому себе, что он подхватил-таки это чертов дот-вирус. Проклятая зараза, десять лет назад унесшая тысячи жизней. До сих пор непонятно, какова была его природа: злой рок или же случайно созданное учеными смертельное оружие. Человечество думало, что раз и навсегда победило рак, создав штамм вирусов, способный атаковать опухоль. Но вирус слишком быстро мутировал. Вместо волшебного лекарства против рака люди получили быстро распространившуюся заразу, вызывающую грипп, омерзительные галлюцинации, а в итоге отказ почек, печени, легких. Люди умирали, задыхаясь и смотря красочные сны.

Какое там обследование, пора вставать в очередь за сывороткой и как можно скорее. Хорошо если удастся получить иммуноглобулины хотя бы через неделю — может до этого времени Ойтуш и протянет.
Две таблетки экстазина летят в рот вместе с не разогретыми остатками ужина — теперь хотя бы половину рабочего дня парень точно осилит. Сати категорически против экстазина — он действительно ставит на ноги, но пристраститься к нему легче легкого. Тем не менее, Ойтуш просто не может не выйти на работу сегодня, впрочем, как и в любой другой день: граждане Второго класса вообще не вольны выбирать свой образ жизни.

Подумать только, Ойтушу Эвери всего двадцать — то самое время, когда перед человеком начинают маячить осознанные цели, когда уже есть опыт, но еще не утрачена способность мечтать. Будь он здоров и силен, имей он одаренность, вполне возможно, что именно этот парень изменил бы мир.

Но не в Метрополе и не в наше время.

Считается, что одаренность проявляет себя до шестнадцати лет, именно поэтому детей в нашем обществе принято чуть ли не на руках носить. Любой из детей — это потенциальный одаренный, а значит тот, за кем стоит будущее нашего чудом уцелевшего мира. Обучение в школе, денежное пособие, сбалансированное питание, лучшие врачи, тренера, массажисты; множество привилегий, прав и возможностей — все это включено в понятие «Первый класс».

Так было и с Ойтушем. Он иногда вспоминал свое детство, где будучи гражданином Первого класса, он, как и все дети, считал себя пупом земли. Шестнадцать лет промелькнули яркой вспышкой; это было веселое и беззаботное время, где слова «нельзя» попросту не существовало. Но все хорошее закончилось слишком быстро: не найдя в парне ни грамма одаренности, протекторий постановил вживить чип в его мозг, а вместо Первого класса присвоить Второй.

Тем не менее, все могло быть гораздо хуже. Ойтуш мог никогда не встретить Сати.

Закинув упаковку с экстазином во внутренний карман старого пальто, парень покинул химический склад и вышел под мокрый снег. Над спальными районами Метрополя облака практически никогда не разгоняли, и из-за тяжелых туч, нависших над домами-муравейниками, день было практически не отличить от ночи, особенно в межсезонье. Миновав с десяток казино с неисправными, но исключительно яркими светодиодными вывесками, Ойтуш по привычке пробежался глазами по аптечным киоскам. Почти на каждом из тех, что встречались на пути парня, мелькали вывески вроде: «Сыворотки нет и не будет» и «Только для Первого класса». Город охватывала новая волна эпидемии дот-вируса, а значит совсем скоро морг Метрополя ждало пополнение.

Послышался низкий гул. Должно быть где-то там над облаками, в тысячах километров от Метрополя пролетал сейчас глайдер. Однажды Ойтуш видел его вблизи: серебристый корпус с острыми крыльями, а на брюхе — лавровый венец, известный всему миру как символ одаренности. Глайдер перевозил одаренных на Остров, туда, куда Ойтуш уже много лет не мечтал попасть. Он замер и жадно и уставился в небо, но не увидел ничего, кроме низких красновато-коричневых туч. Звук с каждой секундой удалялся, и сердце Ойтуша сжалось от той самой невыносимой тоски, которая бывает всякий раз, когда ты приближаешься к чуду, а потом упускаешь его безвозвратно.

Пора было спешить на работу. Побыстрее выкинув глайдер из головы, парень направился к метро.

***

О работе городского морга Ойтуш знал более чем достаточно. В шестнадцать лет он был распределен в сферу медицины, так как именно эта профессия по мнению протектория подходила ему больше всего. Ойтуш не возражал; он учился с удовольствием и почти мечтал как будет работать врачом, но из-за одной роковой ошибки на четвертом курсе академии, его отчислили и разжаловали в отдел изъятия органов.

Это была конвейерная работа. Ровно в восемь утра, облачившись в хирургический костюм, маску и пластиковые очки, Ойтуш заступал на свое рабочее место. В его обязанности входил прием трупов, сбривание волос с их тел, отсасывание жира, а также удаление ногтевых пластин. Иногда попадались задания «поинтереснее»: изъятие роговицы, пункция костного мозга и других тканей В таких случаях хирургическим навыкам Ойтуша было где разгуляться.

После — маркировка пакетов с трупным материалом и передача в отдел переработки. В Метрополе ничего не пропадало даром: жир шел на изготовление косметики, волосы — на парики и элементы одежды, а ногтевые пластины черт знает на что — Ойтуш не горел желанием вдаваться в детали.
Так и сегодняшний рабочий день обещал стать одним из многих: неприятный рутинный труд, воспоминания о котором побыстрее хочется выкинуть из головы по дороге домой.
Едва Ойтуш переступил порог «холодного цеха» — как называли свой отдел работники морга — над одним из грузовых лифтов загорелась лампочка.

— Ого, рано сегодня, — бойко произнес низенький мужчина в возрасте, чей препаровочный стол находился по соседству со столом Ойтуша.
— Так лекарство в городе закончилась, Риши, — отозвался парень. — Сегодня их будет завались.
— Давай этого я возьму, — сказал Риши с энтузиазмом затаскивая на стол труп в целлофановом пакете. — О, дама. Люблю когда утро начинается с прекрасного.

В отделе давно сложилось негласное мнение о том, что Риши был не совсем здоров психически: ну кто еще мог с таким почти неприкрытым удовольствием разливать кроваво-желтую массу жира по пакетам? Он приходил на службу раньше всех, уходил последним и никогда не брезговал самой грязной работой. Однако, с этим крепким стариком было о чем поболтать, даже несмотря на всю его чудаковатость.

На обработку тела у Ойтуша уходило обычно около сорока минут. Добавим сюда время, что уходило на расфасовку по пакетам — в итоге возни получалось не мало. Но сегодня ему везло: двое тщедушных стариков, что доставил грузовой лифт, были практически лишены подкожно-жировой клетчатки.

На запястье каждого из трупов было клеймо с временем и причиной смерти. Для большинства граждан Второго класса причина смерти выставлялась весьма условно, разумеется кроме тех, кто был распределен на высокие должности. Люди умирали от голода, инфекций, переохлаждения, травм на производстве и очень редко — от старости. Опыт стариков не ценился в нашем обществе; для государства они были балластной прослойкой, которая уже не может полноценно работать, но все еще продолжает занимать место.

— Ойтуш, возьмешь малыша? — спросил один из работников, наполовину стащив с лица одноразовую маску. — Тут ювелирная работа нужна.
— Что, действительно Первый класс? — с сомнением произнес Ойтуш, подходя к соседнему столу. На нем наполовину выпавший из целлофана, лежал подросток с изумрудными волосами.
— Сейчас посмотрим, — сказал Эдмундс, убирая пряди волос с виска молодого парня.
— Чип вживлен, — констатировал он, замечая тонкий шрам.
— Ну надо же… а выглядит лет на тринадцать, — с горечью произнес Риши, чуть приподняв подведенное зелеными стрелками веко мальчика.

Представители Первого класса нечастые гости в морге. Наше правительство бережет их, как зеницу ока. Но по сути, чем вот такой семнадцатилетний парень отличается от других детей годом моложе? Неужели одаренность, это свойство воспринимать мир не так, как все остальные, должна определять: кому жить, а кому умереть?
— Да, я возьму его, — без эмоций сказал Ойтуш, перетаскивая тело на свой стол.

На белоснежной коже парня были следы побоев, как старые, так и совсем свежие. Дата смерти: 05:32. Причина смерти: не указана.
Все это было как-то странно. Цвет волос, макияж, многократные побои… Неприятная догадка закралась в голову Ойтуша, и он принялся внимательно осматривать тело.
Так и есть. На внутренней части бедра был штамп корпорации.
— Это сиделка, парни, — прокомментировал Ойтуш, сдвинув брови.
В отделе повисло молчание: каждому хотелось думать, что смерть парня была быстрой.

Сиделки, или живые игрушки — это красивые юноши и девушки из числа Второго класса, которых богатые семьи нанимают для своих детей. Каждая из сиделок получает препарат, подавляющий желания и волю, что делает их покорными и беспрекословными. В Метрополе существует несколько крупных корпораций, предоставляющих сиделок за большие деньги. По факту корпорация должна контролировать здоровье и безопасность своих изделий, но по сути — бизнес есть бизнес. Чем больше ты заплатишь, тем больше тебе позволено.

Маленькие дети жестоки по своей природе, а дети богатых родителей — и вовсе не знают границ. Многие из сиделок умирают долго и мучительно, Ойтуш знал достаточно таких историй.

Но самое печальное было в том, что некоторые люди добровольно заключали контракт с корпорациями. Причины могли быть совершенно разными: куча кредитов, нищета, в которой увязли твои родные, проблемы с законом… Пособие, выплачиваемое сиделкам могло годами кормить целую семью. Вот только сами «игрушки» должно не жили. В основном из-за наркотиков, что по договору они обязаны были принимать. Ну или как вот этот зеленоволосый парень со следами избиений. Причина смерти не была указана, но Ойтуш пришел к выводу, что дети, играючи, заставили его съесть несколько лезвий: пищевод и желудок были располосованы изнутри.

За год работы в морге Ойтуш успел многое повидать. Он научился быть хладнокровным почти ко всему, но иногда такие вот жестокие и бесчеловечные смерти просто выбивали из колеи.

К окончанию «ювелирной работы» — у мальчика надо было взять роговицу глаза — Ойтуш чувствовал себя совершенно опустошенным. Благо, что писк наручных часов возвестил о начале обеденного перерыва.

На обед работникам морга было отпущено всего полчаса. На ходу стаскивая свой изрядно запачканный кровью хирургический костюм, Ойтуш торопливо спускался по лестнице: обед обедом, но у него были дела куда поважнее.

***

Пищеблок, совмещенный со столовой, находился на нулевом этаже, по соседству с отделом хранения трупов. Длинные металлические столы, низкие потолки и трупный запах не сильно способствовали пищеварению, но за год работы Ойтуш успел привыкнуть. Точнее, научился не замечать мелких отвратительных деталей и концентрироваться лишь на том, что предстояло сделать.

У многих Вторых, в том числе и у работников морга, нетрудно было заметить этот взгляд: отрешенный, пустой; в нем никогда не пылал огонь. У тех, кто всю жизнь имеет дело с рутиной — а среди Второго класса их большинство — глаза перестают сиять, даже в столь редкие приятные моменты жизни. Они, как и накаченные препаратами сиделки, медленно плывут в тихих застойных водах своих мыслей. Каким бы ярким ты ни был в детстве, рутина и однообразие со временем сделают свое дело.

Но, тем не менее, парень знал: пока в его жизни есть Сати, огонь в его глазах погасить будет очень трудно.

Взяв поднос с едой, Ойтуш расположился рядом со своими коллегами. В отделе изъятия органов он был самым молодым, причем с большим отрывом: мужчин его возраста в основном распределяли для тяжелого физического или умственного труда. Ойтуш старался не думать о том, что откачивать жир и брить волосы ему предстоит до конца жизни — ни разнообразия, ни перспективы, ни веры в «светлое будущее».

На обед сегодня были слипшиеся макароны с мизерными кусочками соевого мяса и холодная протеиновая баланда. О вкусах составители меню не заботились: лишь бы было сытно, и работники не падали в голодный обморок. Глядя как Эдмундс и Риши с аппетитом уплетают дармовые харчи, Ойтуш только для вида ковырялся в своей тарелке. Последние полгода он лишь формально ходил на обед.

Однажды, прочесывая коридоры в ожидании конца смены, парень совершенно случайно наткнулся на запасной выход, лишенный камер наблюдения. С тех пор, каждый рабочий день, ровно в полдень, Сати приходила повидаться с ним. Минут на десять, не больше, но это драгоценное время было для них настоящим сокровищем. А еще Сати приносила парню немного еды из школы: свежие овощи, мясо, зелень. Нужно ли говорить, что разница в школьном меню и в меню работников городского морга была поистине колоссальной?

Закончив ковырять остывшие макароны, Ойтуш ленивым шагом вышел из столовой, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Миновав несколько коридоров и лестничных пролетов, он очутился в подсобке под лестницей. Приятный полумрак и запах сырости, что царил в этой кладовке, успокаивали, давали ощущение надежности и безопасности. Ждать парню пришлось не долго.
Тихонько скрипнула дверь черного хода, и маленькая фигурка в надвинутом на лицо черном капюшоне осторожно проникла в здание морга.

— Кхе-кхе, — еле слышно подал голос Ойтуш. Если бы протекторий узнал, что Сати ходит сюда и тем более носит ему еду, Ойтуша неминуемо ждала бы смерть. Вот почему с мерами предосторожности этим двоим было сложно перестараться.
— Привет, — шепотом произнесла девушка, легонько ступая в темноту подсобки.
Не говоря ни слова, Ойтуш взял ее лицо в ладони и нежно поцеловал куда-то в область носа.
— Опоздание на две минуты, мисс Лаллеман, — шутливым тоном произнес парень и постучал по циферблату своих рабочих часов. — Лишаю вас десерта.

Сквозь полумрак Ойтуш видел, как девушка на пару секунд скорчила недовольную гримаску: насмешка над их строгим школьным режимом была весьма злободневной.
— Смотри, что я принесла тебе, — сказала Сати.
Поставив рюкзак на пол, она суетливо принялась вынимать запасы своего школьного обеда, а Ойтуш не мог оторвать глаз от ее миниатюрных и таких проворных пальцев.

Сати никогда не рассказывала о своих родителях. Она ничего не помнила о них, точно также как Ойтуш не помнил своих маму и папу. Это было не таким уж и редким явлением среди жителей Метрополя. Вероятнее всего, родители Сати были одаренными — только они проводят опыты с генетическим кодом человека. Иногда на улицах города можно было встретить людей с шестью пальцами, разноцветными глазами или причудливыми родимыми пятнами — все это результаты искусственно выведенных мутаций. Генотип Сати тоже когда-то был искусственно изменен, только так можно было объяснить удивительный сиреневый цвет ее волос.

У того мальчика тоже были необычные волосы… Вспомнив тело доставленное пару часов назад, Ойтуш тяжело вздохнул.

— Ты чего? — насторожилась Сати; она удивительно тонко чувствовала перемены в его настроении.
— К нам сегодня привезли сиделку. Смерть… такая нелепая, — в последний момент Ойтуш решил не говорить о том, что желудок парня напоминал кровавый прохудившийся мешок.
— Само их существование сплошная нелепица, — покачала головой Сати.
Больше нечего было сказать. Ойтуш молча принялся за обед.

— Мне пора идти, — с сожалением вздохнула Сати. Десять минут, как всегда, пролетели невероятно быстро.
— Угу, — кивнул Ойтуш, сминая фольгу, в которой еще пару минут назад была запеченная картошка с мясом. — Спасибо за обед, мелкая.
Мелкая. Потребовалось несколько лет, чтобы Сати перестала обижаться на это прозвище, что с легкой руки дал ей Ойтуш.
— Сколько еще уроков сегодня?
— Математика, прато-лингва, анатомия, — перечисляла Сати. — Вечером две тренировки по кэндо.

Услышав про кэндо, Ойтуш схватил швабру, стоящую в углу подсобки, и с невероятно серьезным лицом изобразил несколько атак.
— Дурак, — смеясь, сказала Сати, глядя как парень размахивает палкой, пародируя фехтовальщиков.
Улыбнувшись, Ойтуш отставил швабру и крепко обнял девушку.
— Я просто рад, что ты учишься постоять за себя, — прошептал он ей на ушко.

Рабочая одежда Ойтуша пропахла кровью, а сам он был очень худым — прижавшись к нему, Сати чувствовала выступающие ребра. Стиснув зубы, она пообещала себе, что на ужин принесет в два раза больше еды.

За работу в морге с утра до вечера Ойтушу платили какую-никакую зарплату. Но она была в пять раз меньше пособия, что получала Сати, просто являясь гражданином Первого класса. И, тем не менее, Ойтуш, этот упрямый тип, безоговорочно настоял на том, чтобы лично оплачивать аренду их жилья. От денег Сати он открещивался, как от огня, все время повторяя, чтобы девушка тратила их «на себя»: покупала красивую одежду, косметику, всегда была сытой и ни в чем не нуждалась.

Но Сати не могла даже подумать о том, чтобы купить себе очередное платье или помаду, зная о том, что ее единственный друг страдает от голода. Путем долгих споров, девушке удалось буквально выбить себе право носить обеды ему на работу. При всем богатстве Метрополя, найти качественную еду в магазинах было непросто, для школ же всегда поставляли только самое лучшее. Сати таскала для Ойтуша все, что только можно было стащить из школы, и, хоть он и ругал девушку за неоправданный риск, наградой за ее заботу была огромная благодарность в его глазах.

Но кроме этого, была и другая, более серьезная проблема, что отнимала львиную долю бюджета Сати. В тайне от Ойтуша, девушка снимала еще одну роскошную квартиру в престижном районе Метрополя, просто ради того, чтобы отвести от себя пристальный взгляд протектория. Пару раз в месяц ей приходится ночевать там, чтобы не вызвать подозрений у соседей, но настоящий дом Сати всегда был там, где был Ойтуш.

— Ну, побегай, — ласково сказал парень, выпуская ее из своих рук. Сати потянулась к его губам за поцелуем, но Ойтуш, как всегда, мягко отстранился.

«Единственный друг»… Конечно, они друг для друга были гораздо большим, раз решили жить вместе даже под угрозой смерти. Но как бы Сати ни тянулась к нему, Ойтуш не мог позволить себе преодолеть расстояние, что разделяло их. Расстояние, длиною всего-то в пять лет. Сати знала, что бесконечно дорога ему: видела нежность в карих глазах, когда он смотрел на нее, и рассеянную улыбку, что иной раз блуждала по его лицу. Но на деле Сати была для Ойтуша «мелкой», ребенком, которого с его правами гражданина Второго класса он не мог даже защитить.

— Постой-ка, что у тебя с глазами? — вдруг спросила Сати, когда голова парня показалась из полумрака кладовки.
— А что?
После приема экстазина, зрачки Ойтуша все еще были расширенными и не реагировали на свет. Подойдя ближе, девушка проворным движением вытащила упаковку таблеток из его внутреннего кармана.
— Ты обещал мне, что не будешь принимать их, — в голосе Сати было разочарование.
— Обещал, пока не подхватил дот-вирус. А без него, — Ойтуш осторожно выудил экстазин из цепких пальцев девушки, — Мне было бы не встать сегодня на работу.

Суровая реальность жестоко бьет по самолюбию. На дворе время, когда не можешь сдержать слово, данное близкому человеку, потому что вынужден принимать наркотики, чтобы оставаться в живых еще один день.
— Я достану тебе сыворотку, — сверкнув глазами, произнесла девушка.
— Сати, моя железная леди, — с мягкой полуулыбкой сказал Ойтуш. — Сыворотка в городе закончилась. А если что и осталось, то стоит нереальных денег.
— Лекарство будет, даю тебе слово. Потерпи хотя бы сутки, ладно?

Снова этот тон. Слепая вера в то, что весь мир вращается вокруг тебя. Перейдя в категорию Второго класса, Ойтуш быстро уяснил, что он не всемогущ, а вот Сати по-прежнему жила в плену этих иллюзий. Не имело значения, какой ты класс: мы все были под колпаком у системы.
— Конечно потерплю.

Читать дальше: Глава 2
Маша Храмкова @Masha_Kramkova
карма
13,0
рейтинг 41,5
Пользователь
Похожие публикации
Самое читаемое

Комментарии (83)

  • +1
    Опять человеческая жизнь не стоит почти ничего, что идет в разрез со всеми трендами. Опять кастовая система из далекого прошлого. Опять рабство. Я не понимаю, зачем автор пишет о будущем, если он так сильно хочет писать о прошлом.
    • 0

      Так антиутопия налицо

      • +1
        Графомания налицо.
      • 0

        Вот, кстати, да. Я указала это в самом начале. А значит это история с заведомо мрачным содержанием

        • 0
          Ну неинтересно читать будет если будет только мрачное содержание. Прочитайте пару десятков антиутопий от классиков, там нужен контраст, накал, противопоставление, стремление к свободе и свету в конце тоннеля, даже если свет этот окажется огнём в топке крематория. И чего-то мне No. 6 вспомнилось.
          • 0
            посоветуйте хорошую антиутопию от классиков, если не трудно
            • +1
              Атлант расправил плечи
            • +1
              Я просто проходил мимо:

              «1984» Оруэлла
              «Большой брат смотрит за тобой»

              «Москва 2042» Войновича
              «Кто сдаёт продукт вторичный, тот питается отлично»

              А тут категория: ru.wikipedia.org/wiki/Категория: Антиутопии
              • 0
                «1984» Оруэлла

                о, да. Читала — очень понравилось!
                • +1
                  "Дивный новый мир" Хаксли и "Мы" Замятина тоже читали?
                  • 0
                    «Мы» — когда-то еще в школе)
                    • 0
                      Ну вот, Вам уже насоветовали. Перечитайте, «Мы», может быть сейчас иначе воспримете. «Скотный двор», 451 градус по Фаренгейту‎ ещё можно, для общего развития, если не читали. Антиутопий очень много, бывают отличные, бывают очень скучные, мне больше киберпанк нравится. Просто моё мнение, что должен быть контраст, баланс и тогда читатель больше проникнется.
            • 0
              Джеймс Баллард весь, ну и в первую очередь The Drowned World. По киберпанку: Уильям Гибсон весь. Без классов, без диктатуры, без прочих средних веков. Просто огромный человеческий муравейник под серым небом цвета телеэкрана, включённого на пустой канал. Где каждый за себя. Вчера — никто, сегодня — цифровой миллионер, завтра — снова никто. Послезавтра — труп.
    • +1
      Можно ли сказать, что человечество становится добрее и в более широком смысле лучше?
      Если я смотрю на историю, то мне кажется, что да, но также возможно, что я что-то упускаю.

      Может быть кто-то поделится своим мнением.
      • 0

        Хорошее замечание, я долго думала, что ответить. Человечество здесь помещено в условия искусственного разделения на классы. Теми, кто сделал это, изначально преследовалась цель выведения "лучшего человека" из серой массы всех остальных. Но загнанные в эти рамки люди, действительно стали во многом лучше, добрее и отзывчивее. Хотя, жестокости будет ещё хоть отбавляй)

      • 0
        Это зависит от модели развития. Сейчас главенствующая модель состоит в том, что человек по сути своей животное и действует только по принципу стимул — реакция. Подробности можно поискать по термину «Tabula rasa» в Локковском понимании (Джон Локк, «Опыт о человеческом разуме»).
        Исходя из этого и развивается капитализм, на конкуренции и принципе «человек человеку — волк». Правда сейчас капитализм уже серьезно мутирует, это началось из-за сопротивления пролетариату, «гробовщику капитализма» по Марксу в виде фашизма.
        Тема обширная и ключевая на самом деле. С темных веков идет )
    • 0

      Я не хочу писать о прошлом

      • 0
        Но вы уже пишете о прошлом, подражая писателям прошлого.

        В конце XIX, начале XX века проблемы голода, неравенства, перенаселения были гораздо более актуальны, тогда жанр антиутопии и расцвел — он отражал гипертрофированные актуальные проблемы общества. Затем, часть этих проблем была решена и авторы стали больше фокусироваться на проблемах контроля человека государством и возврату к кастовой системе. В своем абсолюте эта идея развилась до безысходности, когда нет ни верховного правителя-злодея или группы злоумышленников, просто сам мир болен сам по себе. Постепенно государство в антиутопиях уступило роль пугала корпорациям, что заодно привело к развитию идеи криптовойны. Ну и какое-то время в этом контексте обсасывается идея Третьей Мировой — уже не как глобальной ядерной.

        В общем, это я к тому, что в хорошем произведении развиваются тренды, конфликты и страшилки современности, а попытка подражать фантастам прошлого обречена на провал. Хотя, возможно, это произведение вообще написано ради романтической линии, а все остальное лишь фон — уж извините, но у большинства женщин-авторов просто какой-то пунктик на этом.
        • 0
          Простите, но вы только что сказали, что мейнсрим (да, именно так) — это круто. Развивать «тренды» в хорошей литературе? Это литература потакательства и посредственности.

          Нет, конечно, я понимаю, можно развить и очень содержательно раскрыть тренд, его суть и смысл. Но при равном рвении и таланте получится одно и то же.

          Дайте же человеку писать то, что ему приглянулось. Вот вы сейчас себе как представляете? Автор возьмет да и скажет: «К шуту писать про мой мир будущего, разовью-ка я тренд про компуктерное(!) зрение».

          Все мы друг другу подражаем вследствие социализации. А в хорошем произведении развивается мысль человечества и природы, а не «страшилки современности».
          • 0
            Ну, природы в смысле оквадрачивающего нас мира (компуктеры иже с ним).
          • 0
            Можно спорить, что лучше — мейнстрим или авангард, но вне всякого сомнения мейнстрим сегодняшний лучше подражания мейнстриму вчерашнему и уж тем более — позавчерашнему. А тут пары страниц хватит, чтобы челюсти свело зевотой от запредельной вторичности: «чудом уцелевший мир», драконовские меры контроля, классовая рознь, запретная любовь. Все это пошло, избито и было тысячу раз в самых разных конфигурациях.
            • 0
              история вовсе не претендует на оригинальность) и кстати — это только 1 глава
            • 0
              Так-то да. Но я боюсь, что если попросить вас назвать ваше любимое произведение, то окажется, что его тоже можно будет подтянуть к резюме:
              тут пары страниц хватит, чтобы челюсти свело зевотой от запредельной вторичности: «чудом уцелевший мир», драконовские меры контроля, классовая рознь, запретная любовь. Все это пошло, избито и было тысячу раз в самых разных конфигурациях.
              • 0

                Любимая книга из последних прочитанных "Держите ножки крестиком", байки акушер-гинеколога

                • 0
                  Ну это я скорее Hellsy адресовал.
            • +1
              Тут человеку банально, срочно, постмодерниста в комментарии!!! :-)
        • 0
          Но вы уже пишете о прошлом, подражая писателям прошлого

          Да, возможно, но я пишу о том, что сама почитала бы с удовольствием. Всегда нравились фильмы и книги о будущем, а тут было интересно поставить наших современников, а точнее даже потомков, в условия жесткого классового деления. И посмотреть, что получится)

          возможно, это произведение вообще написано ради романтической линии

          романтическая линия определенно будет, но это не главное
          • 0
            … было интересно поставить наших современников, а точнее даже потомков, в условия жесткого классового деления ...


            Ну, попаданцы же! Современный тренд российской литературы (фантастической ее ветви).
    • 0
      Китай, Индия, Малайзия, Мексика, Бразилия. Это половина населения планеты. Три четверти реального товарного производства человечества. И жизнь там для среднестатистического человека не намного лучше чем то что описано.
      • 0
        да ладно — посмотрите статистику по самоубийствам, это вполне благополучные по самоощущению населения страны. фишка в том, что тут практически с любой ступени социальной лестницы можно посмотреть вниз — и увидеть себя довольно высоко.
        • 0
          В фавеллах Бразилии или трущобах большого Мехико самоубийства не в чести. Там больше насильственная смерть, вещества, голод и болезни выкашивают. До мысли о самоубийстве надо суметь дожить, не всем по карману.
          По статистике лидеры по самоубийствам -Корея и Япония. Но это не только потому что там «очень хорошо живется и люди с жиру бесятся». А ещё и потому что там ведется такая статистика и она не сильно скрывается. Подозреваю, что Китай не готов делиться такой информацией с миром. А Индия вообще не парится, кто там из неприкасаемых как именно отправился на новое перерождение.
          • 0

            Боюсь что Япония (может и Корея) из-за поставленных вокруг человека рамок и традиций в том числе.

    • 0
      Ну так современный тренд — в снижении ценности человеческой жизни вплоть до отрицательной величины. Т.е. власть имущим сейчас объективно выгодно избавиться от населения, которое добилось себе всяческих прав и давно не приносит пользы своей работой. Золотой миллиард стремительно повторяет судьбу дворянства.
  • 0
    вирусные клетки
    — qu'est-ce que c'est?
    • 0

      Да, это лажа) исправлю. Спасибо за замечание

      • +1

        Прививка после заболевания — это тоже перл.

        • 0
          исправила! благодарю
  • 0
    описание будущего человечества должно быть непременно альтернативным и непременно мрачным.

    закон жанра.
    • 0

      Не обязательно, но почему бы и нет?

  • +1
    Химера — организм, состоящий из генетически разнородных клеток. Словосочетание «ген химеры» бессмысленное.
    • 0

      Химера в названии не случайно написана с заглавной буквы. Это не совсем организм в данном случае

  • 0
    Слишком много «что» вместо «тот», «который».
    • 0

      Да, есть такое, спасибо за замечание

  • 0
    Картинка — прям иллюстрация Лукяненко «Геном»
    • 0

      "Геном", к сожалению не читала, хотя очень люблю Лукьяненко. А картинка была сохранена на комп ещё с незапамятных времён)

  • +1
    Понравилось, читается легко. Пишите дальше!
    • +1

      Спасибо! Буду!)

      • +1
        Мне тоже понравилось. Я могу писать только 1 коммент в сутки на этом сайте и решил потратить его на то, чтобы сазать Вам спасибо за первую главу :)
        • 0
          спасибо большое!
  • +1
    А мне больше интересно — как будущее может быть альтернативным, если мы не знаем, каким оно будет?
    Теперь по делу:

    Всю первую половину думал, что же меня смущает. Понял — нашего времени. Такие фразы подошли бы скорее для повествования от первого лица. Но прием допустимый. Однако, исходя из него:
    камер видеонаблюдения, социальным классам — лишние уточняющие канцеляризмы. Получается, что вы рассказываете сюжет тем, для кого время тоже «наше». И в таком случае слова «камера» и «класс» будут достаточными.

    В целом — читается хорошо, но немного банально. Не хватило какого-нибудь крючка, чтобы зацепить читателя.
    Как-то так.
    • 0
      как будущее может быть альтернативным, если мы не знаем, каким оно будет?

      Здесь альтернативная ветка началась уже очень давно, возможно, даже была всегда. То есть, было нечто такое, что кардинально отличает этот мир от нашего. Соответственно и будущее тоже альтернативное)

      Всю первую половину думал, что же меня смущает. Понял — нашего времени.

      Черновая версия была написана от первого лица. Но так как героев планируется много, то я решила вести повествование от стороннего наблюдателя, живущего в данном мире.

      Не хватило какого-нибудь крючка, чтобы зацепить читателя.

      возможно, что все еще впереди:) Спасибо за отзыв!
      • 0
        Кстати, раз уж я снова здесь, еще кое-что вспомнил:
        Идеальное место для тех, кто скрывается от протектория.
        Из этой фразы складывается ощущение, что ГГ вне закона. А потом он внезапно идет на вполне легальную работу. Это косяк или я чего-то недопонял?
        • 0
          Главные герои ведут двойную жизнь — насколько это возможно. Однако протетекторий всевидящ — об этом будет во второй главе.
  • 0
    ИМХО.
    Хоть это и антиутопия, но есть такое чувство, что часть (надеюсь меньшая) из этого вот-вот сбудется. Корпорации и сейчас творят, что хотят (пока в разумных приделах). «Золотая молодежь» живет во вседозволенности. Мы все уже под «колпаком». Конечно хочется верить в светлое будущее, но «чёт какта не ага».

    Надеюсь я не прав.
    • 0
      есть такое чувство, что часть (надеюсь меньшая) из этого вот-вот сбудется

      да, какие-то подобные тенденции уже витают в воздухе, вот и обнаружилась в моей голове такая идея
  • +1
    Очень понравилось! Не силён в литературной критике (а также в социологии, генетике, законах жанра и прочих инструментах диванной экспертизы), но стиль повествования мне прямо очень нравится.
  • 0
    На самиздат, графоманы!
    • 0
      воу, воу
    • +3
      Скайрим для нордов! Корм для кошек! Крем для рук!
    • 0
      У-у-р-р-р-а-а-аааа!!! (Неровный строй графоманов, с горящими остекленевшими глазами, серой массой неуклонно накатывал на самиздат.)
  • +1
    Мне понравилось)
    • 0
      спасибо, мне приятно)
    • +1
      И мне. Во всяком случае как завязка интригует :)
  • +1
    дети, полностью лишенные ограничений, ответственности за слова и поступки, а вдобавок еще и родителей — никогда не вырастут в отзывчивых, добрых и любящих людей.
    • +1
      Ой ли? ограничения не всегда создаются семьей и родителями, может конечно это не кажется существенным, но любое наше окружение влияет на нас, взять туже «улицу», вот она быстро всему научит или же любой военный вуз(училище и т.д.), взять друзей, который так или иначе влияют на нас, а первая любовь, да и вообще любовь?

      Знаете я хоть и прожил немного, но встречал и людей у которых было все, буквально все что захотят, и тех у кого не было семьи и они были из дет. дома, и тех кого родитель были из пьяницами, и знаете что я вам скажу?

      Человека определяют не ограничения, и наличие родителей, а именно их внутренние принципы и установки, то насколько человек хочет стать человеком, если конечно вы понимаете о чем я.
  • 0
    Человек страдает от дистрофии но сознательно отказывается от еды?
    • 0
      да, и в тексте обосновано почему. ГГ не хочет, чтобы подруга рисковала, таская для него пищу
      • 0
        Я про столовские макароны, или он все-таки их доел?
        • 0
          я бы такие не стала доедать
          • 0
            Мутная, с желтоватыми хлопьями, но другой здесь не достать.
            Воду бы такую тоже пить не стали и на складе жить, а ГГ стал. Судя по нарративу ему есть ради чего жить, а при такком раскладе лучше кушать невкуности, чем потерять массу тела — сильные люди дольше живут и меньше болеют.
    • 0
      По-моему, это называется анорексия.
  • НЛО прилетело и опубликовало эту надпись здесь
    • 0
      большое спасибо за отзыв!
      И ни сотовая свзязь, ни какое-либо другое устройство связи не позволяло бы триангулировать положение охраняемого обществом подростка

      все находятся под контролем, вот только Первый класс не знает об этом

      Следующая глава уже через неделю!
      • 0
        Отзыв писать не буду, но тут кратко скажу.
        Согласен с оратором выше, мир слишком размыт и несколько нелогичен. От себя добавлю: попробуйте сделать вычитку и, кое-где слегка изменить предложения так, чтобы они не «цепляли» при чтении.
        Например, выражение «мозговой таймер», звучит как-то не очень. Скорее, уж будильник…
        Непонятный момент — почему он будит какой-то «пульсацией крови»? Думаю, читателю это будет сложно себе представить. Лучше будет какое-нибудь «жужжание», или «пищание» в ушах :) А там уж и электрошок, если не просыпается))
        Впрочем, как писать дело Ваше.
        Жду продолжения.
        • 0
          Лучше «будильник» как на Кластере. Даже ленивый Стэнли Твидл был мотивирован вставать.
          • 0
            И что там за «будильник»? Я поискал, но гугл не помог.
        • 0
          спасибо за отзыв, вычитку сделаю.
          какой-то «пульсацией крови»

          если когда-нибудь ну очень сильно болела голова — ощущение то же самое. Именно этим хотелось «наградить» ГГ: ощущение, что сосуды в голове вот-вот лопнут, если не проснется. Не знаю, в моем воображении это очень красочно выглядит)
          А вообще, конечно, не залезешь в голову к каждому читателю и не выяснишь, что ему понятно, а что нет. Я стараюсь оперировать эпитетами, которые близки мне, как если я сама читала свою книгу впервые.
          • 0
            Всё-таки постарайтесь применять эпитеты близкие не только вам, но и читателю. То, что вы сейчас описали, никак не вытекает из фразы «Кровь запульсировала в виске».
            Может быть изменить как-то? Например: «Сквозь сон появилась тупая ноющая боль, мерно отдающаяся где-то в затылке и висках в такт с пульсом.» и т.д. Хотя это тоже не образец.

            p.s. всё-таки отзыв получился). Ну и ладно. Жду продолжения, интересно что вы нам дальше приготовили. )

Только полноправные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.